На пятый день Василий сказал:

— У вас здесь хорошо, ничего не скажешь. Но пора и восвояси. У меня там бизнес. Дела не ждут.

Услышав это, я пригласил Василия к себе на прощание отобедать по-холостяцки, поскольку жена была в отъезде.

Сначала мы, конечно, выпили светлого пива. Потом мы выпили тёмного пива. Потом мы выпили водки и хорошо закусили. Василий намекал на коньяк, но я объяснил ему, что коньяк надо пить после обеда. Потом мы пообедали и выпили красного вина. А уж после обеда мы, конечно, выпили коньячку.

Когда я убирал со стола, Василий заметил:

— Пустые бутылки, смотрю, не выбрасываешь. Вы тут тоже посуду сдаёте?

— Сдаём. Её там на что-то такое перерабатывают. По-английски это называется recycling. Как это по-русски? Пере-цикляция, что ли?

— И сколько у вас дают за бутылку?

— Чего дают? — не понял я.

— Ну, сколько платят?

— Нисколько. За пустые бутылки не платят.

На этот раз не понял Василий:

— Как не платят? Зачем их тогда сдавать?

— Так полагается.

— А что тебе будет, если не сдашь?

— Ничего не будет.

— Так, — подвёл итог Василий. — Значит, и не платят, и не наказывают. Тогда почему ты не можешь выбросить их в помойку?

— Могу.

— Почему не выбрасываешь?

— Не полагается. Чтоб не засорять землю.

— Ты мне не засоряй мозги! — рассердился Василий. — Тебя что, директором земли назначили?