На следующий день я пригласил Василия к себе домой. Василий внимательно осмотрел весь дом, а потом мы вышли во двор.

— Хороший у тебя двор, — сказал он одобрительно. — Просторный. Тут можно ещё два таких дома построить.

— Построить-то можно, — согласился я. — Да кто ж разрешит?

Василий театрально отступил назад и уставился не меня, демонстрируя изумление на грани шока.

— Не хочешь ли ты сказать, что надо просить чьего-то разрешения строить на своей земле?

— Конечно. Нужно разрешение города. Горсовета, по-вашему.

— Не морочь мне голову, — сказал Василий. — Земля твоя?

— Моя.

— И ты не можешь на ней делать, что хочешь?

— Могу, но не всё.

— Где же ваша знаменитая свобода?

Я застыдился, но попытался объяснить:

— Видишь, если каждый будет строить на своей земле что хочет, тогда что получится? Я построю дом, сосед построит автомастерскую, а другой сосед возьмёт и построит химзавод. Представляешь, во что тогда наш город превратится?

— А тебе какое дело до города?

На этот раз я не нашёл, что ответить.

На третий день Василий сказал.

— Слушай, своди меня в какой-нибудь хороший магазин. Жена, понимаешь, заказов надавала, да и мне самому прибарахлиться не помешает.

В магазине Василий долго примерял пиджаки и никак не мог решить, какой ему больше подойдёт — синий в полоску или серый в клетку.

— Возьми оба, — посоветовал я. — Потом решишь, какой оставить. А другой вернёшь.